Музыка на костях: как возник рентгениздат — wamba-mamba.ru

В Русском Союзе опосля 1945 года власть провела ряд социально-политических кампаний в сфере культуры. Идет речь о грустно отразившихся на судьбе интеллигенции постановлениях Оргбюро и Политбюро ЦК ВКП(б) 1946 года (о журнальчиках «Звезда» и «Ленинград», о репертуаре драматических театров), также 1948 года (о оперном искусстве).

Крайний документ катастрофическим образом отразился на судьбе таковых профессиональных исполнителей, как Петр Лещенко, Александр Вертинский, Константин Сокольский, Алла Баянова. В их творчестве усмотрели проявления модернизма, также склонность к заимствованиям из «буржуазной» культуры.

Так русских людей желали изолировать от всякого соприкосновения с хоть какими проявлениями «маразма буржуазной культуры». Но не вышло.

БАРХАТНЫЙ БАРИТОН 

«Музыка на костях», либо «музыка на ребрах» – неповторимый атрибут русской реальности середины прошедшего века. В послевоенном Ленинграде обыденный каждогодний флюорографический снимок умельцы могли вынудить «зазвучать» джазовыми переборами, цыганскими напевами либо мелодиями танго. 

Для нас сейчас это умопомрачительно, а молодежь конца 1940-х – 1950-х годов лишь так могла услышать нелегальную цензурой музыку. 

«Я мог часами услаждаться слушанием мелодичных танго и бархатным баритоном Петра Лещенко», – вспоминал стоявший у истоков производства «костей» Борис Тайгин («Расцвет и крах «Золотой Собаки», журнальчик «Пчела», № 20, май-июнь 1999 года).

ЧАСТИ СКЕЛЕТА 

По его мемуарам, первым в Ленинграде наладил выпуск пластинок с «безыдейным» содержанием Станислав Филон, в распоряжении которого находился германский трофейный звукозаписывающий аппарат конторы Telefunken. 

На Невском проспекте, 75, в студии «Звуковые письма», где работал Филон, при помощи западного рекордера хоть какой желающий мог записать сувенирную пластинку, вроде бы мы на данный момент произнесли, с «голосовым сообщением». А поздними вечерами студия преобразовывалась в подпольный центр музыкальной записи, выпускавший пластинки с джазовой музыкой западных оркестров, эмигрантской музыкой, песнями и даже анекдотами. 

Фокстрот, буги-вуги, рок перезаписывались с забугорных пластинок-оригиналов на рентгеновские снимки. Просматривавшиеся черепа, ребра, остальные части скелета и дали заглавие пользующемуся популярностью явлению.

ЗАПИСЬ ЗВУКА 

Монополия Филона была недолго. Сделав чертежи с германского аппарата, юный ленинградец Руслан Богословский привлек токаря-универсала, который сумел повторить и даже сделать лучше немецкую технологию. Вышел самодельный русский рекордер. Инициативу Богословского схватили остальные.

В фондах Центрального муниципального архива историко-политических документов Санкт-Петербурга сохранилась должностная записка и. о. начальника управления милиции в Ленинградский городской комитет КПСС от 21 января 1955 года.

В ней содержались материалы следствия по разоблачению большой сети кустарей – изготовителей патефонных пластинок «идеологически невыдержанного и вредного репертуара». Подпольных продавцов задержали. Следователям удалось установить связи, места реализации нелегальной музыки и покупателей.

ЧУДО-ТЕХНИКА 

Как работали рентгениздатчики? До этого всего монтировались самодельные звукозаписывающие устройства. Дефицитные детали брали в радиомагазинах, на рынках, а некие в особенности отчаянные похищали нужные технические приспособления с компаний Министерства связи. 

Посреди архивных документов есть фото изъятых звукозаписывающих аппаратов, изготовленные милиционерами. Микрофоны, радиолампы, дюралевый короб с вращающимся диском, иглой, панелью выключателей – малосведущему человеку это представляется очень сложной техникой, для сотворения которой требовались определенные познания и способности. 

Последующий шаг – охота за рентгеновскими снимками. Их добывали через работников медучреждений по договорной стоимости 10-30 копеек за лист. Таковым образом, подпольное дело оказалось весьма выгодным. На черном рынке готовый продукт стоил 7-15 рублей. Судя по обороту подпольных студий – от 500 до нескольких тыщ пластинок за месяц, – «ребра» воспользовалась не малым спросом. Чтоб привлечь покупателей, этикетки пластинок украшались особенными изображениями из зарубежных журналов для взрослых.

ГДЕ КУПИТЬ 

Приобрести пластинку в Ленинграде можно было в галерее Гостиного Двора, у магазина «Мелодия» напротив Думской башни (Иван Саблин, «Две унции пластика с дырочкой в центре» из сборника «Мед и деготь Петербурга», 2006), на рынках и около культторгов. 

За изготовка и распространение музыкальных пластинок, оказывавших «вредное воздействие на молодежь городка Ленинграда», обладатели подпольных студий звукозаписи привлекались к уголовной ответственности. Возвратившись из мест заключения, они часто опять принимались создавать «музыку на костях».

ШИРОКАЯ ПРОДАЖА 

Схожее происходило и в остальных городках Русского Союза. Масштабы торговли рентгениздатом в Москве заслужили освещения в центральной прессе. 

Так, «Комсомольская правда» 31 октября 1954 года в статье с выразительным заглавием «Отхожий промысел» говорила о том, что в массе около ГУМа просто можно отыскать распространителя пластинок на «костях», «элегантно одетого – в узеньких брючках и с узким пестрым галстучком» либо в «бобриковом пальто с изумрудной шапкой». Газета докладывала, что в «местах, удаленных от культурных центров», продажа незаконных пластинок «была развернута еще обширнее».

КОМУ ПРИШЛОСЬ ОТВЕТИТЬ 

● В процессе расследования задержали 81 изготовителя и распространителя пластинок на рентгеновских снимках. 

● В деле содержится карта-схема по ленинградскому рентгениздату с указанием всех связей. 

● Третья часть от всех задержанных – люди молодее 21 года, студенты и школьники. Другие не имели неизменной работы и жили за счет «идейных спекуляций». Покупателями также были юные люди.

Источник: spbdnevnik.ru

Ещё новости

Leave a Comment